j_i_v_o_tinka: (леопард)
Почти невесомые прозрачные капли на тонких спицах паутины. Солнечные зайчики, резво отскакивая от поверхности воды хлопают в ладошки перед лицом, заставляют жмуриться. Тонкие пальцы самыми подушечками перебирают по кромке воды и пека, как гладят кошку. И вода выгибается, ластится к рукам, силится дотянуться до края легкой ткани рукавов.
Медленные, расслабленные движения обманчиво неторопливы. Она лежит, поглаживает воду, жмурит серые глаза, но не заслоняется от солнца.
А внутри ворочается желание действия, томной, медлительной, раскаленной лавой, почти живым металлом.
Протянутая рука начинает слегка подрагивать.
Она медленно прижимает сжатый кулак к груди, с силой вдавливает ногти в ладонь. Затем опять протягивает руку, медленно, старательно имитируя расслабленность и покой.
В этот раз вода не желает этого прикосновения, она прогибается, не в силах исчезнуть. И даже тихо, жалобно шипит.
Она погружает руку в воду, медленно вытаскивает ее, позволяя воде легко сбегать обратно в озерцо.
Последняя капля долго не хотела срываться с указательного пальца, наконец и она сорвалась. И мучительно медленно, как буд-то красуясь, проломила успокоившуюся поверхность воды. По озерцу прошла волна, вырвнивая поверхность воды.
Девушка заглянула в получившееся зеркало, все еще режа растопыренную ладошку над водой.
j_i_v_o_tinka: (леопард)
- Проходи, присаживайся, дорогая, - я подгребаю к себе подушку с края кровати, освобождая уголок, - ты совсем замерзла, будешь горячий чай?
Она грустно улыбается, молчит.
Не дожидаясь ответа, делаю усилие над собой, встаю и плетусь на кухню. Завариваю чай с фенхелем, имбирем и лимоном, разливаю его по большим, толстостенным чашкам, несу в комнату. Бодрящий аромат щекочет, подергивает, дразнит.
Молча отдаю ей чашку, молча забираюсь обратно в уютное гнездо из одеял и подушек, смотрю на белесую хмарь-метель за окном и голые черные ветки, скребущие серую дымку неба.
Она еле слышно вздыхает – наконец-то! Я уж боялась, что она и помереть прям тут решила, для пущего эффекта – обнимает бока чашки тонкими, почти прозрачными пальцами, грустно улыбается, вдыхая аромат чая, но не пьет.
- Еще скажи, что обижена на меня, - недовольно ворчу я, разворачиваясь к ней, - да, я не хотела тебя видеть, не хотела впускать. А кто хочет? Кто принимает тебя с распростертыми объятьями…
Вот теперь она точно обиделась. Серые глаза недобро кольнули затаенной обидой, в них промелькнула тень боли и разочарования. Ага, конечно, все меня считают доброй и политкорректной. Не желающей обижать. Не правильно считают, не правильно.
- Не обижайся, - грустно улыбаюсь, - нам с тобой еще долго общаться. Не обижайся – я же тебя принимаю. Не обижайся. Пей чай: он согревает и дает хоть немного сил преодолеть лень. Вы все время ходите парой, только она при этом еще и не мерзнет. Наверное, ей лениво. И чай ей пить тоже лениво, - показываю язык, - от того и не приглашаю.
Она мягко улыбается, закрывает грустные глаза, и мелкими глоточками выпивает подостывший чай. Она присаживается поближе и приобнимает меня за плечи. Она растворяется и тихонько звенит в воздухе.
А я все смотрю за окно и все глубже и глубже вязну в принесенной ею депрессии.
j_i_v_o_tinka: (мистические)
Просто за окном уже Зима. И пусть она еще поцапается с Осенью за право гордо зваться хозяйкой, но она уже показала себя. Значит, надо уже и к ней приглядываться. А потому еще надо выложить последнюю сказку про Осень. Она уже давно крутится в голове. Чем не повод написать, а? ;-)

В этот раз собраться было очень трудно. После небольшого перерыва очень хотелось повидать участников нашей веселой компашки, но все как-то не получалось.
Дождик пропал из поля зрения сразу после того, как пригласил Осень в кино. Может, они даже и успели туда сходить. Мы не знаем. А Осень очень уж агрессивно реагирует на любое упоминание о Дождике. Поэтому мы и спрашивать не стали. Чуть-чуть поостынет, успокоится - сама расскажет. Если есть, что рассказывать.
Сама же Осень последние несколько дней куталась в туман. Он мягкой шалью лежал на плечах, путался кисточками в ногах. Осень постоянно поправляла его, чтобы не сползал. В последнее время она вообще была какая-то нервная.
Земля же напротив уже почти уснула. Она постоянно зевала, двигалась немного вяло, скованно. А еще ей было холодно. Почти все время. Она с тоской смотрела на многочисленных дворников в ярких безрукавках поверх теплой одежды.
Дворники деловито сгребали листья в кучи. Между дворниками и кучами листьев носился совсем ошалелый Ветер. Сегодня он "имел вид лихой и придурковатый". Древние кеды и длинный белый шарф, намотанный на шею в три оборота и все равно плескавший, как обрывки крыльев за спиной - придавали ему совершенно раздолбайский вид. А безумный, полностью охваченный азартом взгляд завершал такой весь из себя незабываемый внешний вид.
-Вот зачем они это делают? - чуть плаксиво заметила Земля, - все равно без толку. Этот шалопай сейчас опять все листья разбросает. А я теперь мерзну. У меня даже, - Земля перешла на трагический шепот, - кое-где новая травка пробивалась! А тут! Взяли, собрали листья в кучи, - она внезапно заорала, - травка и померзла! - от такого "шепота" с крыши соседнего дома поднялась стая ворон и с обиженным карканьем принялась кружить над нами.
-Да делать людям нечего, вот они и переливают из пустого в порожнее, - Осень пожала плечиками, туман попытался соскользнуть, но она успела его придержать.
- А ты чего куксишься, - обратилась я к Осени, - намотала на себя не понятно что. Ты чего такая нервная? Ну, Земля, понятно - она уже почти спит. А ты-то чего?! Тебе еще два месяца со мной куковать. Чего ты дергаешься?, - я внезапно поняла, что не надо было встречаться, пребывая в таком раздраженном состоянии, но отменять встречу было уже поздно.
- Ну, - смутилась Осень, - у меня это.. критические дни.
-ЧЕГО!? - одновременно возопили мы с Землей. На заднем плане Ветер промахнулся ногой мимо кучи листьев и громко плюхнулся в ту же кучу спиной - этот поросенок подслушивал!
-Ты чего? Сбрендила? От куда понятие-то такое вообще взяла?! Нахваталась! У тебя их в принципе быть не может, - мы с Землей наперебой принялись убеждать Осень. Ведь, если она решит, что у нее критические дни - они же начнутся! И тогда никому мало не покажется.
-Ну, настроение у меня плохое и вообще, - Осень совсем засмущалась.
Мы с Землей переглянулись и дружно заржали.
-Ну, чего вы?! - возмутилась Осень.
-Это нервное, - только и смогла выдохнуть я.
-А чего ты все кутаешься?, - заметила Земля, - тепло же.
-Да, тут это, - Осень опять начала смущаться, - конфуз приключился. Листики-то уже почти все облетели.
-И что?, - удивилась я, - так всегда бывает. Ты чего, мать?
-Да вот что, - Осень повернулась спиной к Ветру, который все никак не мог подняться из кучи листьев, и распахнула перед нами туман.
Земля просто замерла с выпученными глазами и отвисшей челюстью.
-Ну, мать! Жестко! - выдала я знакомый штамп. Потому как сознание было захвачено полученным зрелищем. Стройное тело Осени было туго зашнуровано в жесткий корсет из голых веточек. В ключевых точках скромно зеленели еловые веточки. Высокие сапоги и тяжелые браслеты довершали картинку в стиле садо-мазо.
-Ты еще и издеваешься!, - обиделась Осень, вся как-то поникла.
-Нет, я не про то, - я поспешила разубедить насупившуюся Осень, - я про то, что он же жесткий!
-Это я от неожиданности, - тут же начала оправдываться Земля,- Ааа... эээ .. а чего это ты?
-Да вот, захотелось чего-то нового, необычного, - совсем пригорюнилась Осень, - сделала корсетик. Еле втиснулась. А расстегнуть не получается. Так и хожу уже второй день.
Ветер уже не пытался подняться, он быстро-быстро полз в нашу сторону на четвереньках. Просто живое воплощение любопытства!
А мы с Землей сложились домиком и не могли уже даже ничего сказать, только смеяться и судорожно делать вдохи.
Ну, чего вы!, - совсем разобиделась Осень. Она опять запахнулась в туман, отвернулась, - уйду я от вас. Злые вы.
-Не обижайся, золотко, - мягко, примирительно начала подлизываться я, - это мы от зависти. Вот ей богу!, - на всякий случай я грозно глянула на Землю, чтобы она не лезла с комментариями, - Ну, хочешь, поможем тебе снять корсетик, сделаем нормальную застежку, будешь носить его, когда захочешь и снимать, когда захочешь.
-Хочуууууууууууууу, - заплакала Осень, - я так уже с ним намучилась.
-Пойдем к тебе, помогу, - я приобняла Осень за плечи и мы пошли, - а потом, если захочешь, можно будет этот корсет под свадебное платье приспособить. Сейчас так модно, - я что-то еще утешительное вещала совсем раскисшей Осени.
За спиной потихоньку впадала в сонное настроение Земля, а Ветер громко ругался, что корсет он бы и сам помог снять...
j_i_v_o_tinka: (леопард)
Солнечный осенний денек. Я лежу на шезлонге и лениво помешиваю деревянной лопаточкой густое варево. Варево аппетитно булькает, подло плюется брызгами и пахнет шоколадом, бергамотом, имбирем и еще чем-то терпким. А угольки под треногой, на которой весит котелок, добавляют в эту композицию запах дыма и горелой смолы. Смесь из горшочка очередной раз игриво плюнулась в мою сторону.

-Не хулигань! - шутливо прикрикнула я и погрозила лопаточкой. Смесь сделала вид, что ей стало стыдно и угомонилась на время. Или ей просто стало лень со мной играть.

Лень проступала в окружающей природе легкими штрихами Дождя на том берегу ручья - сюда Дождику было лениво перебираться, и он топтался там. Мне было лениво подниматься, лениво мешать варево, даже думать мне было лениво. В спячку что ли впасть. Я натянула на ноги мягкий теплый плед леопардовой расцветки.

Осень стремительно вылетела на мою полянку, радостно взвизгнула и ломанулось к свободному шезлонгу.

-Горяченького хочу! Чем ты сегодня угощаешь? - радостно затараторила она. Голос Осени слегка охрип, и говорила она немного "в нос" - видать, приболела.

-Ну и видок у тебя, - по дружески поддела я ее, - приболела что ли? Совсем ты за собой не следишь.

Осень нахмурилась. Ее ярко-желтое платье с золотой нитью и огненная вуаль были мокрыми насквозь, рыжие волосы висели мокрыми сосульками, сапожки были вымазаны в грязи на столько, что было не понятно, какого они цвета изначально. Она громко шмыгнула носом и вдруг разрыдалась, от чего еще больше стала похожа на мокрую рыжую кошку.

-Это все он! - изящный пальчик в тонкой перчатке неопределенно ткнул в направлении Дождика. - Он вчера вечером меня подкараулил и, и.. и... - Осень разрыдалась в голос, размазывая слезы и остатки косметики по лицу кружевным платочком.

-Не было такого! - авторитетно заявил Дождик с другого берега ручья. Грустно вздохнул и начал осматриваться в поисках переправы. Не нашел. Плюнул и поплюхал через ручей прямо по поверхности воды.

-Не плачь! На вот, водички попей, - добрый Дождик протянул полный стакан холодной воды. Осень посмотрела не него уничижительно, отвернулась.

-Да ничего плохого я не сделал! Ты вчера такая красивая шла! Мне просто захотелось поговорить с тобой! Сказать какая ты красивая... - Дождик замялся не зная, как продолжить...

-А теперь я вся мокрая хожу! - взорвалась Осень - по твоей милости, между прочим! Сказал бы, что красивая, да и шел бы мимо! Зачем обнимать надо было? - осень кинула в Дождика мокрым платком - Я теперь вся насквозь мокрая! Сколько еще сохнуть буду. Простудилась тут, - она жалобно посмотрела на меня, явно ожидая поддержки.

- А вообще-то, - ехидно подначил ее Дождик, - я должен почти постоянно находиться рядом с тобой! И тебе по этому поводу полагается непромокаемая накидка! Где она?

- Ты еще и претензии предъявляешь!? Ну, хоть ты ему скажи! Нельзя же так! - Осень воткнула в меня требовательный взгляд голубых глаз.

-Да успокойтесь вы оба! - прикрикнула я на них. Пока они выясняли отношения я влила в свое варево коньяк, а теперь разливала получившуюся смесь небольшим половником по большим толстостенным чашкам. Протянула первую чашку Осени, как самой озябшей - На, согревайся, чудо мокрое! - Вторая чашка досталась Дождику - Держи и ты, воплощение непутевое. Не трогай девушку! Не видишь: у нее трудный период в жизни, - я быстро подмигнула Дождику так, чтобы Осень не видела.

Дождик тут же ухватил чашку, уткнулся в нее носом и плюхнулся прямо на землю. По мере поглощения напитка холодная бледность потихоньку сменялась на его лице таким непривычным румянцем. Я посмотрела на обиженную Осень. Она вцепилась в чашку обеими руками и явно думала, а не обернуться ли вокруг нее клубочком. Я вздохнула, поднялась с шезлонга, и укутала ее в свой пушистый плед.

-А тебе идет, - усмехнулся Дождик, весело блестя глазами на Осень, - не грусти, Осень, сбегаю я сегодня за твоей накидкой.

- Правда, - несмело улыбнулась Осень

- Правда, - засмеялся Дождик, - а ты потом со мной в кино сходишь?...

Profile

j_i_v_o_tinka: (Default)
j_i_v_o_tinka

2017

S M T W T F S

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 12:40 pm
Powered by Dreamwidth Studios